Новости

Маленькие герои большой войны… Мальчишки и девчонки, на чьи хрупкие плечи легли тяготы военного лихолетья… В преддверии 81-й годовщины Победы в Великой Отечественной войне продолжаем серию воспоминаний ветеранов филиала РФЯЦ-ВНИИЭФ «НИИИС им. Ю.Е. Седакова» в рамках проекта «Дети войны: история в лицах».

Воспоминания Ирины Евгеньевны Кедяркиной (Цветковой):

Работала в НИИИС с 1957 по 2013 гг. (СКБ-326, ГКТБИП, НИИИС) в конструкторском отделе, затем в отделе нормоконтроля и стандартизации.

- Неумолимо бежит время. Все меньше остается событий в памяти, фотографий, друзей. А так важно хранить историю не только страны, народа, но и своей семьи, своего рода. Я хочу поделиться воспоминаниями об эпизодах, которые непосредственно связаны с моей жизнью, и начать с рассказа о моем отце Евгении Андреевиче Цветкове и его коллегах, которые составляли костяк ЦВИРЛ – Центральной военно-индустриальной радиолаборатории. Это Вячеслав Павлович Курячьев, Леонид Алексеевич Гусев, Михаил Александрович Олигер, Иван Васильевич Овцин (отец Нины Ивановны Колотилиной), Михаил Александрович Лощилов (отец Нины Михайловны Лощиловой), Николай Алексеевич Рябинин, Яков Давыдович Фияксель (отец Инны Яковлевны Фияксель). В скобках упоминаются люди, впоследствии ставшие сотрудниками НИИИС.

Мой дед Андрей Андреевич Цветков (1887-1959) в поисках лучшей жизни в 19 лет переехал из деревни в Нижний Новгород, приобрел в 1906 году жилье на ул. Пискунова, дом 29. Квартира состояла из трех комнат и кухни. Женился, супруга Евгения Ивановна (моя бабушка) родила троих детей – двух дочерей Валентину (1918 г.р.) и Татьяну (1922 г.р.) и сына Евгения (1911 г.р.). Дед с детства любил шить, мог изготовить и детскую, и мужскую одежду, но стал лучшим частным дамским портным в городе. По тем временам семья деда жила зажиточно. В доме была няня, летом детей с ней вывозили на дачу.

Мой отец Евгений Андреевич Цветков пришел в ЦВИРЛ в 1929 году на должность чертежника после окончания школы № 8 (сейчас на месте школы расположен Выставочный зал). В том же году поступил в радиотехникум на вечернее отделение. Дорога в институт ему тогда была закрыта, так как его отец был частным портным. Имея большие способности в области радиотехники, он с отличием окончил техникум и стал быстро продвигаться по служебной лестнице. В 1933 году для первомайской демонстрации коллектив специалистов, в который входили В.П. Курячьев, М.А. Лощилов и мой папа (все трое оставались друзьями до самой смерти) сконструировал радиопередатчик, по которому велась праздничная трансляция. Впоследствии в стенной газете ЦВИРЛ была размещена фотография машины с установленным на ней передатчиком, а сверху плакат с надписью - «Пусть помнят наши потомки, что и мы не лаптем щи хлебали».

Моя мама Валентина Павловна Воронкова (11.02.1913 г.р.) тоже работала в ЦВИРЛ копировщицей. Судьба свела родителей вместе, и 1 мая 1939 года они поженились. В том же году ЦВИРЛ был переименован в завод им. М.В. Фрунзе.

Вскоре после свадьбы отец в составе коллектива специалистов ЦВИРЛ (В.П. Курячев, И.В. Овцин, Н.А. Рябинин, Л.А. Гусев) был направлен в командировку в Америку. К этой поездке для молодых инженеров были специально пошиты костюмы. Специалисты отправились на ведущее предприятие RCA – Radio Corporation of Amerika, где должны были познакомиться с последними достижениями науки и технологии, документооборотом, обменяться опытом. Возвращался отец из командировки весной 1940 года через Италию на пароходе «Рекс» (фото 3). Сопровождал их делегацию советник при советском полпредстве в США А.А. Громыко. Тогда уже началась война в Европе. У отца сохранились восторженные впечатления от командировки, он долго вспоминал эту поездку, из которой привез подарки для меня, родившейся 31 января 1940 года, и мамы.

Наступило самое страшное утро 22 июня 1941 года, когда без объявления войны гитлеровская Германия напала на нашу Родину. Войну мы с мамой пережили в г. Горьком. Отца призвали на службу в армию Свердловским райвоенкоматом г. Горького 20 декабря 1941 года в звании младшего лейтенанта. Приписали к 410 артиллерийскому полку 134 стрелковой Верденской дивизии. 16 января 1942 года Е.А. Цветков был отправлен на фронт, а с марта 1942 года уже непосредственно участвовал в боях Красной Армии. Он занимался отладкой и ремонтом радиостанций, большая часть которых в годы войны выпускалась на заводе им. М.В. Фрунзе. Разработчиком приборов был В.П. Курячьев. Это были двенадцатиламповые пехотные приемо-передающие радиостанции (12-РП), которые могли переноситься одним бойцом и обеспечивали связь до 15-20 км. Отец прошел боевой путь от Горького до Магдебурга в Германии. Награжден медалью «За боевые заслуги», орденом Красной Звезды, орденом Отечественной войны II степени.

Медалью «За боевые заслуги» старший техник-лейтенант Цветков Евгений Андреевич награжден приказом № 23/н от 09.05.1944, изданным частью 134 стрелковой Вердинской дивизии 61 стрелкового корпуса. Командир генерал-майор Марцинкевич В.Н.

Выписка из наградного листа: «Товарищ Цветков в 410 Артполку со дня его организации. Вся радиосвязь полка находится под его техническим наблюдением. Во время последних наступательных боев радиосвязь работала безотказно. Тов. Цветков восстановил две захваченных трофейных рации, которые находятся на вооружении полка. Кроме того, восстановил две рации, разбитые вражеской артиллерией и требующие заводского ремонта. Достоин правительственной награды - медали «За боевые заслуги».

Орден Красной Звезды старший техник-лейтенант Цветков Е.А. получил в соответствии с приказом № 48/н от 14.08.1944, изданным 134 стрелковой дивизией 61 стрелкового корпуса 1 Белорусского фронта. Командир 410 артполка подполковник Довгун В.А.

Выписка из наградного листа: «При совершении марша и в период подготовки к форсированию реки Висла мобилизовал все свои силы и знания на выполнение поставленной задачи. На марше после прорыва обороны противника на реке Западный Буг 23.07.1944 вышла из строя радиостанция. Старший техник-лейтенант Цветков лично руководил ремонтом под обстрелом противника, используя для успешного ремонта запчасти из трофейной радиостанции. При форсировании реки Висла в направлении деревни Белжице, Пулавского уезда, Люблинского воеводства 29.07.1944 несколько раз переправлялся через реку для ремонта радиостанций на подручных средствах. Всего с 19 июля по 5 августа 1944 года вышло из строя 16 радиостанций, из них 4 требовали армейского ремонта. Все неисправности были устранены мастерскими полка при непосредственном руководстве Цветкова. Старший техник-лейтенант Цветков Е.А. достоин награждения орденом «Красной Звезды».

Орденом Отечественной войны II степени старший техник лейтенант Цветков Е.А. награжден приказом № 38/н от 15.05.1945 61 стрелкового Радомского корпуса. Командир 410 артиллерийского боевого полка полковник Кулик.

Выписка из наградного листа: «При прорыве обороны противника в районе севернее города Лебус находился в боевых подразделениях полка и обеспечивал бесперебойную работу радиостанций. В бою при занятии станции Шенфлис вышла из строя радиостанция на наблюдательном пункте командования полка тов. Цветков быстро устранил повреждения и дал возможность управлять огнем полка. Был ранен радист, сам после исправления сел за радиостанцию и обеспечил передачу арткоманд на весь период боя. В период преследования противника неоднократно находился на прямой наводке и обеспечивал бесперебойную работу радиостанций. Принимал участие в отражении контратак противника. За период наступления исправил 26 радиостанций непосредственно в боевых порядках полка, обеспечивая своей работой бесперебойную радиосвязь в подразделениях полка. Старший техник лейтенант Цветков Е.А. достоин награждения орденом Отечественной войны II степени».

Папа не любил вспоминать годы, проведенные на фронте. Архивные материалы о его подвигах мы нашли в год 75-летия Победы на сайте «Память народа». Моя дочь Татьяна, участвуя в Международном форуме «Армия-2020», прошла по галерее «Дорога памяти» Музейно-Храмового Комплекса Вооруженных сил Российской Федерации в Центральном парке «Патриот» (Московская область) и нашла страницы, посвященные моему отцу.

Пока папа был на фронте, мы с мамой жили в семье моего деда Андрея Андреевича Цветкова. В то время он уже был вдовцом, его жена Евгения Ивановна умерла рано. Он жил с двумя дочерьми, моими тетями Валентиной и Татьяной. Татьяна в детстве переболела скарлатиной и была глухонемой, трудилась в артели глухонемых вышивальщицей, а Валентина работала в кукольном театре администратором. К нам приходила помогать деду по хозяйству бывшая няня моих теток, которую мы звали Матвевна.

Когда началась война, мне не было и полутора лет. Жизнь была трудная, было холодно, голодно, часто не было света, пользовались керосиновыми лампами, еду готовили на керосинках. Моя мама часто болела, ее мучали мигрени. Она могла лежать, не поднимая головы, целую неделю. В такие периоды я находилась на попечении деда. Он сажал меня на огромный стол, я играла, а он в это время кроил и шил. Когда я стала немного постарше, меня стала забирать с собой в кукольный театр тетя Валя. Там я проводила с ней весь ее рабочий день, а после работы мы возвращались домой. Когда мама чувствовала себя нормально, мы с ней ездили на огород, который нам выделили на территории завода им. М.В. Фрунзе. Там мы сажали картошку. Хлеб и продукты получали по карточкам. Хлебный магазин у нас был прямо за воротами нашего двора, и мама часто доверяла мне ходить самой за хлебом. Иногда там были очереди, и приходилось стоять долго, пока не привезут хлеб. С пяти лет я уже могла бегать в аптеку к драмтеатру за лекарствами для мамы. Транспорта тогда почти не было.

В первые годы войны г. Горький ожесточенно бомбили немецкие самолеты. В городе объявляли воздушную тревогу. Было очень страшно. Мы с мамой часто уходили в убежище, которое находилось у нас во дворе, а иногда бегали в убежище в Кремль. Оно находилось в горе, но там всегда было много народу.

Наши дома № 27 и 29 по ул. Пискунова были объединены одними воротами. Двор был большой, детей много, в детские учреждения никто не ходил. Все играли во дворе. Жили дружно. Болели все разом, так как прививок в то время не делали, Всеми болезнями мы переболели в детстве: свинкой, корью, краснухой, коклюшем, скарлатиной.

Папе на фронт мы с мамой посылали небольшие письма-треугольнички и фотографии. С нетерпением ждали ответов, которые приносила нам почтальон Варя. Она ходила с большой черной сумкой через плечо, и мы, дети, увидев ее, бежали и первыми получали весточки. Иногда они были печальными… Рядом с нами, через три дома по ул. Пискунова, был Дворец пионеров имени В.П. Чкалова, и мы часто бегали туда, а иногда в парк Дворца перелезали через сараи в нашем дворе. Там был зимой каток, участок юных ботаников, где мы уже в раннем детстве узнали названия разных растений. У нас в комнате был большой черный репродуктор, по форме напоминающий шляпу, и мы с мамой слушали сводки с фронта. Сколько радости было, когда в начале мая 1945 года мы, наконец-то, услышали величественные слова легендарного диктора Советского Союза Юрия Левитана – «Победа!».

Началось всеобщее ликование. Мы, дети со всего двора, побежали на площадь Минина, крича «Победа! Победа!». Народу собралось очень много, весь город был там. Люди пели, танцевали, обнимали друг друга.

Однако мой отец не сразу вернулся с фронта. Прекрасное знание немецкого языка и умение работать послужило тому, что он на какой-то период был оставлен в Германии для изучения опыта и технологий в радиоэлектронной промышленности. В то же время туда приезжал и В.П. Курячьев для эвакуации немецких РЛС. Отец пробыл в Германии до 24 мая 1946 года, а по приезду в Горький вернулся на свой родной завод им М.В. Фрунзе.

В 1948 году в Советский Союз из Германии было направлено около 300 специалистов в области радиоэлектроники. Некоторое количество немецких сотрудников были командированы и на завод им. М.В. Фрунзе. Жили они в поселке Великий Враг Кстовского района. На берегу Волги была правительственная дача. Это было красивейшее деревянное высокое здание. Там они и жили семьями. Утром на автобусах их увозили на работу, вечером они возвращались. Их жены с детьми гуляли около дома, маленькие дети резвились в манежах. Дети были красиво одеты. Летом 1948 года в тех местах был пионерский лагерь от завода им. М.В. Фрунзе, под него снимали здание местной школы. Нас, детей сотрудников завода, отправляли туда на целое лето. Именно в те годы подружились и мы, будущие сотрудники НИИИС: Ирина Цветкова, Галина Казанцева, Нина Лощилова, Слава Гусев. В то время нам было по 8 лет. Врачом в лагере работала Эмма Иосифовна Вильниц, а ее сын Иосиф (И.Э. Вильниц, руководитель ВЦ) был в то время еще маленький и гулял в коляске.

После войны отец вернулся в свой отдел на должность начальника конструкторского отдела и вместе со своим коллективом под непосредственным руководством В.П. Курячьева начал работать над разработкой приборов для повышения обороноспособности нашей Родины. Ответом на создание атомной бомбы американцами было создание оружия под кодовым названием «Север». По результатам успешного испытания изделия коллектив разработчиков за научные и конструкторские достижения в 1955 году был удостоен правительственных наград. Отца наградили орденом «Знак Почета».

Отец прекрасно рисовал и был ответственным редактором газеты «За новую технику». 21 апреля 1955 года была выпущена «Молния» с фотографиями награжденных (фото 11). Это В.П. Курячев, В.И. Моренов , К.В. Плакидин, В.Ф. Пыхтеев, В.С. Стрелков, В.С. Тимин, С.Н. Воробьев, Н.В. Гладцинов, В.А. Олюнин, В.П. Смирнов, А.Н. Федотова. Впоследствии часть этих сотрудников перешла на работу в образованный в 1966 году ГКТБИП (ныне – НИИИС).

Мой отец остался в составе ГНИПИ (одно из подразделений завода им. М.В. Фрунзе), где уже работал начальником отдела нормалей и стандартов (ОНС) и положил начало разработке и выпуску нормалей: металлы, крепеж, покрытия – ограничения в применении в разработках, по которым мы начали работать в ГКТБИП. К отцу в ГНИПИ часто приезжал главный конструктор ГКТБИП Н.З. Тремасов - для разработки ОСТов для КБ в Сарове. Отец тоже часто ездил в командировки в Саров. Папа умер 23 февраля 1975 года, ему было всего 64 года.

Я в 1957 году окончила школу № 8 в центре города. С сентября 1957 года начала работать на заводе им. М.В. Фрунзе в отделе п/я 429 (СКБ-326) чертежницей, как и мой отец. Благодаря своему трудолюбию, желанию и умению разбираться в поставленных вопросах была переведена на должность инженера, одновременно училась на вечернем отделении Горьковского политехнического института им. А.А. Жданова. Затем была переведена на дневное отделение с оплатой обучения от предприятия. Окончила институт в 1965 году по специальности «Технология и конструирование радиоаппаратуры» и вернулась на работу в СКБ-326, выделенное в то время уже в самостоятельное предприятие и располагавшееся в одном из корпусов на территории завода им. М.В. Фрунзе. Через год в 1966 году был образован филиал КБ-11 (КБ-3), получивший название ГКТБИП. А в 1976 году на базе горьковского филиала ВНИИЭФ было образовано самостоятельное предприятие, получившее название НИИИС. Названия предприятия менялись, но оставались люди, коллеги, друзья с которыми прошла моя жизнь на одном предприятии, которое сейчас является филиалом РФЯЦ-ВНИИЭФ «НИИИС им. Ю.Е. Седакова». Работая в конструкторском отделе, я принимала участие в разработке тестерной аппаратуры, вела сопровождение этой аппаратуры в серийном производстве. Проработала конструктором более 20 лет. В 1972 году окончила двухгодичный университет радиоэлектроники. В 1975 году, имея большой опыт конструкторской работы, перешла в отдел нормоконтроля и стандартизации. В 1977 году окончила Всесоюзный институт повышения квалификации руководящих и инженерно-технических работников в области стандартизации, качества продукции и метрологии (ВИСМ) по специальности «ЕСКД и нормоконтроль общей техники», что позволило мне выполнять работу на высоком профессиональном уровне в течение 37 лет вплоть до выхода на заслуженный отдых. Работая в ОНС, показывала пример молодому поколению в понимании вопросов конструирования и знание нормативной документации, быстро и качественно справлялась с порученными вопросами. Грамотно разбиралась в схемах, поэтому исполнители старались попасть ко мне с документами на нормоконтроль. Работала всегда с большим удовольствием, на работу ходила как на праздник. Мой стаж работы - 56 лет (вышла на пенсию в 2013 году).

Всю свою жизнь я была в гуще событий, занималась общественной работой. Состояла в комитете комсомола института, отдела, активно участвовала в бригаде художественной самодеятельности вместе с В.А. Сидоровым , В.Ф. Богомоловым, Ю.В. Ефименко, Ф.Я. Хесиным, Г.Б. Казанцевой, З.Ф. Рябовой, Л.В. Чиркиной. С молодежным десантом НИИИС выезжала на строительство базы отдыха «Марь-Яр», на уборку картошки и капусты в подшефный совхоз. В течение 20 лет, с 1968 по 1988 гг., была председателем детской комиссии профсоюзной организации института. Внесла огромный вклад в становление детского отдыха сотрудников НИИИС. В детской комиссии работали вместе со мной В.С. Лашин, Л.Н. Бахановская, И.И. Серова, Н.М. Оскина, Н.Е. Белова, С.К. Негина – дружный и слаженный коллектив единомышленников, который организовывал для детей различные мероприятия. Это был расцвет детского отдыха в пионерских лагерях не только Горьковской области («Салют» в п. Шатки от ВНИИЭФ, «Гайдар» в Зеленом городе от обкома культуры), но и на побережье Черного моря в Крыму (пионерский лагерь имени Олега Кошевого). В течение 20 лет профкомом закупались билеты на новогодние представления в Кремлевский концертный зал, Дворец спорта, театры города. Дед Мороз и Снегурочка выезжали в семьи сотрудников, чтобы порадовать маленьких детей. Организовывались экскурсионные поездки для старшеклассников по различным городам всего Советского Союза во время каникул, автобусные экскурсии выходного дня. Дети сотрудников посещали Ленинград, Волгоград, города Прибалтики, Украины, Белоруссии, и многие другие. Многие до сих пор вспоминают эти поездки, где завязывалась дружба на долгие годы. По графику райисполкома в НИИИС проводился праздник «День семейного счастья» - с вручением молодым родителям из числа сотрудников института свидетельств о рождении малышей, медалей и ценных подарков. За время моей работы в профкоме институтом были построены 4 детских сада и 3 школы. Члены детской комиссии не только контролировали строительство, но и в уже построенных садиках и школах активно сотрудничали с воспитателями и учителями. В начале 1980-х стали строить свой пионерский лагерь в Вадском районе на берегу реки «Сережа». Директор НИИИС Юлий Евгеньевич Седаков прикладывал огромные усилия для процветания нашего института, развития его социальных объектов.

За многолетний добросовестный труд меня неоднократно награждали почетными грамотами и благодарностями института, я являюсь ветераном атомной энергетики и промышленности, ветераном труда, заносилась на Доску почета института. За активную общественную работу в профсоюзной организации награждена медалью «100 лет профсоюзам России» и знаком «За активную работу в профсоюзе».

В 1962 году в п/я 429 СКБ-326 завода им. М.В. Фрунзе на должность инженера-конструктора пришел Юрий Михайлович Кедяркин, который возглавил группу по разработке ВЧ-блоков. Мы познакомились, а 23 ноября 1963 года сыграли свадьбу. Потом вместе перешли в ГКТБИП.

Талант конструктора и разработчика, пытливость и доскональное знание технологии производства принесло Юрию заслуженное уважение не только среди сотрудников института, но и руководства серийных предприятий отрасли. Муж был душой и вдохновителем многих культурно-массовых мероприятий в институте. Он также неоднократно награждался почетными грамотами, был ветераном труда, награжден медалью к 100-летию В.И. Ленина. Ранний уход из жизни в мае 1989 года прервал его путь конструктора-разработчика.

В 1991 году на работу в НИИИС пришла наша дочь Татьяна Юрьевна Сильванова (Кедяркина), продолжив династию Цветковых - Кедяркиных. После окончания школы с золотой медалью, затем Горьковского политехнического института с красным дипломом, она начала трудовую деятельность в технологической службе института. Спустя некоторое время перешла во вновь созданный отдел маркетинга, способствуя продвижению разработок института и созданию благоприятного имиджа НИИИС. Работая в институте, Татьяна получила второе высшее образование - с красным дипломом окончила экономический факультет ННГУ им. Лобачевского по специальности «Маркетинг». С 1996 года дочь работала секретарем-референтом директора института В.Е. Костюкова, затем помощником А.Ю. Седакова. В зону ее ответственности перешла группа секретарей и отдел делопроизводства. В настоящее время Татьяна работает директором департамента коммуникаций и административного управления, осуществляя руководство не только административной функцией, но и внутренними и внешними коммуникациями НИИИС.

В марте 2026 года я с большим удовольствием побывала в НИИИС в рамках празднования 60-летия института. Встреча с коллегами оставила в душе самые теплые впечатления.

Воспоминания Андрея Всеволодовича Весницкого:

Работал в НИИИС с 1968 по 2014 гг. Стоял у истоков создания и развития вычислительного центра института. С 2002 года до выхода на заслуженный отдых трудился в режимной службе. Активно занимался общественной работой, участвовал в организации спортивных соревнований, вел тренерскую работу, состоял в Совете Добровольного спортивного общества (ДСО). Увлекается поэзией, член литературного объединения «Малиновая гряда».

- Я родился в грозные дни войны в феврале 1942 года в г. Горьком. Помимо меня в семье было ещё двое детей – трехлетний брат Алексей и двухлетняя сестра Юля. Все мы были погодки, а маме на тот момент было всего 20 лет.

Отца своего я не помню, так как он ушел на фронт вскоре после моего рождения и в 1943 году погиб в боях под Мелитополем, нам пришло извещение, что пропал без вести. Ему было всего 23 года. Много позже мы нашли в военных архивах описание того боя и место в районе села Лихтенау Запорожской обл. До войны отец окончил два факультета Горьковского пединститута – литературы и истории, работал в школе № 30 г. Горького. В 1942 году он прошел обучение в мотострелковом училище в Арзамасе и по распределению уехал в часть. Воевал на 3-м Украинском фронте, освобождал в Донбасс. Как литератору, политодел поручил ему писать историю части, что он и делал в перерывах между боями. 1 сентября 1943 года в тяжелом бою отец был сильно ранен, контужен, но подлечился в госпитале и возвратился в часть. В последнем письме домой, датированном 18 октября 1943 года, написал: «Уезжаю на передовую». На следующий день – 19 октября его не стало…

Моё воображение всегда рисует одну картинку из детства, как папа, уезжая на фронт, поднимает меня, смеющегося беззубого мальца, высоко над головой, и говорит маме: «Он всегда будет для тебя подмогой». Будто предвидел свой невозврат в семью. Маме было очень тяжело. Голод царствовал в стране. Мы жили в старом здании бывшей школы, построенной отставным штабс-капитаном Григорием Николаевичем Степановым для крестьянских детей на средства Шаляпина и Горького. Степанов был моим прадедушкой. Он был женат на Александре Николаевне Верещагиной, владелице земель «Александровские дачи». У них было две дочери. Одна из них - моя бабушка Наталья, которая вышла замуж за моего деда Алексея Васильевича Весницкого. В 1938 году дед был арестован как царский офицер и сын священника и расстрелян, стало быть, враг народа. Четверо детей остались на попечении бабушки, старшим был мой отец Всеволод.

Но вернемся к военному лихолетью. Школа, где мы жили с мамиными родителями-учителями, и дом семьи отца располагались напротив друг друга - через дорогу. В обеих семьях царил голод. Сложно было прокормить всех. Однажды меня без сознания нашёл врач Иванов, проживающий рядом. Я шёл от одной бабушки к другой и потерял сознание. Врач сказал моей маме, что он у вас умирает с голода. На помощь пришёл дядя Коля, бабушкин брат. Он работал лесничим в Дальнеконстантиновском районе и договорился с местной администрацией об эвакуации нас в деревню Староселье, там требовалась в школу учительница младших классов. И вскоре мы с мамой и сестрой переехали. Нам предоставили в школе место для проживания. Старший брат остался жить с мамиными родителями в городе. В деревню также были эвакуированы ленинградские дети, которые проживали в приемных семьях. Питание было скудным, хотя была картошка, можно было купить молоко. Да и соседи зачастую угощали нас молоком из уважения к учительнице. В школе была ещё одна учительница из местных жителей, она преподавала в старших классах. Мама рассказывала, как читали с учениками письма отцов - короткие весточки с фронта. Шили кисеты для бойцов, вязали варежки, рисовали рисунки…

При школе техничкой работала тётя Поля, беженка с Украины. Вся семья её погибла при эвакуации в Германию, а она сумела сбежать, отморозила пальцы на ногах, но осталась жива. Пока мама занималась с учениками, тетя Поля приглядывала за нами. Однажды мы с сестрой шли через речку, кругом был снег, полынью запорошило, и моя Юлечка провалилась туда. Под шубкой был воздух, и это спасло её от неминуемой гибели. Ей было пять лет, мне три. Но я её стал тянуть за воротник, приговаривая: «Давай, Люля, давай выкарабкивайся». Вытянул с Божией помощью. Нас, промокших, взяла к себе соседка, усадила на печку, просушив нашу одежонку. Домой пришли сухие и накормленные. Мама в это время была с просветительной работой в соседней деревне Тепелево, поэтому она и не знала, что с нами такое приключилось. Еще был случай, как мама заразилась от своей ученицы тифом. Заболела очень тяжело, ее положили в больницу, какое-то время она была в бессознательном состоянии, и прогнозы были самые неблагоприятные. За нами в это время приглядывали соседи. Но какое было счастье, когда мама пошла на поправку!

Три года мы прожили в Староселье. Я познавал там жизнь по-своему, был очень любопытный. Однажды залез на школьную крышу за котом, кот-то слез, а я никак. У мамочки были в это время уроки, ей ребята, увидев меня, доложили о моём геройстве. И мама полезла за мной, боясь испугать, чтобы я не сорвался. Уговаривала: «Давай ручку, сыночек». Сняла с крыши, я получил от неё сразу достойное вознаграждение по попе, табу наложила. Следом осваивал речку, капитан в четыре года гордо звучит! Залез в лодку, отвязал её и поплыл по течению к плотине. Там был лоток, через который переливалась лишняя вода, поддерживая нужный уровень в реке. Вот туда меня и направило течение. Маме снова дети доложили о моём путешествии. Я помню, как она бежала, крича, по берегу, нырнула и отчаянно плыла к лодке, вытянула меня. Я не понимал своего опасного положения на тот момент, но мама мысленно простилась со мной, когда ее взору предстала ужасающая картина – отважный капитан, летящий в бурлящий омут с высоты четырёх метров. Награды не последовало, но я помню маму, всю мокрую, рыдающую, прижимавшую меня к себе. И этим ее состоянием я был напуган. Помню ещё как к нам во двор пришли ряженые люди на высоких ходулях, оказалось, это были рождественские святки. Ряженые пританцовывали, что-то шумно выкрикивали, но я уже ничего не слышал, а кричал от страха, что было мочи. И кто кого больше напугал, осталось загадкой. Конечно, даже в годы войны люди пытались соблюдать праздничные обычаи, чтобы хоть немного скрасить страшные будни.

Похоронки приносили почти в каждый дом, причиняя невыносимую боль и страдания, но оставляя надежду на ошибку - вдруг придёт... На полях работали женщины и дети. Пахали, сеяли, растили хлеб. Всё для фронта, всё для победы… В 1947 году мы возвратились из деревни в Горький к маминым родителям. Сестра Юля пошла в первый класс, а мама поступила в Политехнический институт на химфак, там была повышенная стипендия. И это стало определяющим - троих детей надо было растить. До войны она не доучилась в водном институте.

Послевоенные годы тоже были тяжёлыми. Старший брат носил одежду отца, а я за ним, что достанется, и не всегда это было в целости и сохранности. Помню, ботинки были только сверху, подошва отвалилась. Как-то к нам пришёл папин сослуживец, он был в нашем городе проездом. Помню даже его фамилию - Еловских. Увидев его, я бросился к нему с возгласом «Папа!». Но брат меня остановил. Он привёз нам по кульку конфет. От него мы и узнали подробности о гибели папы. При форсировании реки Молочной в его танк попал снаряд. Больше папу никто не видел.

Вот таким было моё военное детство, со своими радостями, горестями и лишениями. В мирное время я окончил 9 классов школы № 48 на Караваихе. Затем в 14 лет поступил в Горьковское военное радиотехническое училище войск ПВО на Тобольских казармах. Учился там с 1956 по 1959 гг., играл в военном оркестре. Потом работал на заводе «Орбита», сначала учеником слесаря, затем в машиносчетном бюро. В 1968 году был принят в ГКТБИП. Много лет работал в вычислительном центре. Заочно окончил пединститут в Арзамасе (биолого-химический факультет) и Горьковский строительный институт (факультет организаторов промышленного производства и строительства). Участвовал в строительстве соцобъектов НИИИС, в частности, пионерского лагеря «Сережа» в качестве директора по строительству. Активно занимался спортом, выполнил норматив мастера спорта СССР по водно-моторному спорту. В 2002 году перешел в режимную службу института, где трудился до выхода на заслуженный отдых в 2014 году.

Порой я пытался представить своего отца, думал, а как бы сложилась наша жизнь, если бы он вернулся с фронта. Как-то само собой родились поэтические строки. Первое четверостишье я запомнил из стихотворения, написанного в годы войны мамой.

Возвратится мой отец
С фронта из Берлина
И обнимет, наконец,
Дорогого сына.

«Как ты жил и поживал? -
Спросит он мальчишку, -
За тебя я воевал
Все три года с лишним.

К школе я тебе купил
Книги и тетрадки,
Ранец, чтобы с ним ходил,
Брючки без заплатки».

Я пройдусь, конечно, с ним.
На груди блестят медали,
Что за Прагу и Берлин
За Победу награждали.

Мне пилотку подарил,
В ней ходил я гордый.
…Я мечтою встречи жил,
Папочка мой родный!

Знай и ты, родной отец,
Как в войну мы жили.
Мать – учитель, в поле – жнец,
Скупо ели, пили…

Вся надежда лишь на Вас,
Чтоб врага прогнали,
Чтоб вернулся в добрый час
Мы упорно ждали!

Вот встречаем эшелон.
Позади все беды!
Но не вышел на перрон
Мой отец с Победой…

Не дождался я отца.
Лишь мечты остались…
И смотрел я вдаль с крыльца,
Как весною птицы возвращались…